Почем нынче тюрьма-матушка? Не для тех, кто там сидит, а для тех, кто собирается стричь с них доходы


На этой неделе министр юстиции Украины Денис Малюська донес до общественности «радостную» весть. Дескать, «первый пошёл!», в том смысле, что стартовал первый аукцион «большой распродажи тюрем»!

Да, уж… дожились! Неужели больше торговать нечем? Скорее, просто решили переложить с «плеч государства» на частника ответственность за «нечеловеческое» содержания заключенных в наших тюрьмах.

 А заодно можно почти законно реализовать принцип: что бедному тюрьма, то богатому – санаторий!

А удобно ведь как: и святой либеральный принцип «Всё на продажу!» реализован, и блатное понятие «хозяин тюрьмы» узаконено, и всякие претензии правозащитников предъявить, по сути, некому. Но сразу делать это не решились, пока заброшен «пробный камень».

Первым оказался выставленным на продажу Ирпенский исправительный центр (№ 132), расположенный в поселке Коцюбинское Киевской области.

Места там, по-видимому, действительно курортные! «Если кто имеет лишних 220 миллионов и хочет приобрести небольшую тюрьму в нескольких километрах от Киева – welcome», – написал министр на странице в соцсети.

По его словам, 70% поступлений от продажи ведомство потратит на «развитие новой тюремной инфраструктуры, которая будет отвечать европейским стандартам», остальные 30% – поступят в госбюджет.

Согласно данным Фонда госимущества, площадь выставленных на продажу зданий достигает 24 тысячи квадратных метров, а расположены они на земельном участке площадью более 8 гектаров.

Согласно своим, по истине «наполеоновским планам», Министерство юстиции намерено выставить на продажу 35 украинских тюрем.

Каждая из них уже прекратила свою профильную деятельность, сообщили в ведомстве.

Накануне, его глава Денис Малюська оправдывал в эфире одного из украинских каналов идею столь нестандартного использования помещений пенитенциарной службы: «Учитывая, что у нас больше тюрем, чем нам пока нужно, мы вполне можем начать их распродажу. Если мы договоримся о механизме, чтобы эти средства не шли в общий фонд бюджета, а каким-то образом аккумулировались, чтобы часть хоть можно было бы потратить на улучшение инфраструктуры».

Не совсем, однако, понятно, из каких источников Малюська взял данные о том, что тюрем в Украине уже в избытке. Учитывая, что общество отказалось строить коммунизм, при котором надобность в пенитенциарных службах должна была отпасть сама по себе, утверждение очень сомнительное.

Как-то плохо оно согласуется с ежегодным отчётом относительно прав и свобод человека на территории Украины ещё двухлетней давности, который сейчас несложно найти в свободном доступе.

Так вот, еще в 2018 году Госдеп США отмечал, что общие условия содержания заключенных в тюрьмах и СИЗО остаются крайне неудовлетворительными и не соответствуют принятым международным стандартам.

Правозащитники, в свою очередь, не раз обращали внимание на переполненность камер и нарушение прав содержания заключённых.

Согласно отчету, в украинских тюрьмах продолжает царить насилие, унижения, голод и болезни. Эпидемия туберкулеза, избиения заключенных, издевательства конвоиров и коррупция администраций приводят к бунтам.

Однако, как пишет украинское издание «Вести», прогнившая система не меняется – тюрьма в Украине остается безнадежно кошмарным местом, где главная задача даже не в том, чтобы дождаться воли. Задача – выжить.

По свидетельству адвокатов, условия содержания заключенных в украинских тюрьмах близки к средневековым. Людей содержат в антисанитарии, кормят баландой, не оказывают необходимую медпомощь.

А тюремные больницы, учреждения, которые особенно «добросовестно» скрываются от посторонних глаз, это просто особо изощренный вид пытки.

Тем не менее, скандал таки разразился после того, как в такое отделение при Львовской многопрофильной больнице № 19, наведался с мониторинговым визитом инспектора Офиса омбудсмена Украины, для проверки многочисленные жалобы на нечеловеческие условия для заключенных больных.

Подтвердилось, что людей содержали в неотапливаемых помещениях, где температура воздуха едва достигала 11 градусов, среди плесени, облезлой штукатурки на драных матрасах без постельного белья.

Мало того, в отделении расплодились крысы, на яде для которых администрация смогла сэкономить несколько сот гривен. Особенно ужасным оказалось положение онкобольных – для них не было предусмотрено ни наркотических обезболивающих, ни диагностических манипуляций.

А операции были невозможны, поскольку в отделении просто отсутствовали иглы для анестезии.

Но для заключенных итог визита омбудсмена оказался плачевным – решение проблемы свелось к перекладыванию бумаг из одной папки в другую.

Вместо ремонта, выделения средств и устройства человеческих условий хотя бы для больных заключенных.

Бюджет не предусматривает не то что качественных ремонтов в тюрьмах, но даже финансирования питания – вопрос, который государство решить не в состоянии. Кабмин для «галочки» пересматривает нормы питания для заключенных и на бумаге продовольственное довольствие постоянно улучшается из года в год.

На деле же – все наоборот. Отдельным заключенным удалось продемонстрировать правозащитникам собственные пайки, вызвавшие приступы тошноты.

Но и без того мизерном довольствии арестантов сотрудники пенитенциарной системы умудряются еще и поживиться.

К примеру, последний бунт в Алексеевской колонии на Харьковщине стал следствием коррупции. По информации правозащитников, руководство исправительного учреждения списывало деньги за продукты, положенные заключенным, а кормило людей отбросами.

При нынешнем уровне финансирования тюрьмы, как были, так и остаются местами, где калечат и уничтожают под вывеской исправления. Так может быть есть хоть какой-то смысл в попытке их приватизации?

Виктор Михайлов


Ви можете обговорити цей матеріал на наших сторінках у соціальних мережах