Криминал "в законе". "Сучьему" роду нет переводу…


Однажды у президента США Франклина Рузвельта спросили о том, как заверения о поддержке демократии во всем мире сочетаются с покровительством Белым домом никарагуанского диктатора Анастасио Самосы. На что Рузвельт, не моргнув глазом, ответил: «Самоса, может быть, и сукин сын, но это наш сукин сын». Циничная опора на садистов и международных преступников в различных уголках земного шара всегда была неотъемлемой частью американской дипломатии, поскольку позволяла с минимальными затратами кроить мир по собственным лекалам.

Какая уж тут демократия? Это просто красивая фигура речи.

Да и сейчас американские «сукины сыны» вовсе неплохо чувствуют себя в украинских пенатах. Настолько отлично, что даже вызывают негодование у мало в чем от них отличающихся питомцев отечественной демократии, наподобие подвизающегося на той же ниве одессита Алексея Гончаренко.

На днях этот нардеп от «Европейской солидарности» выразил своё возмущение тем, что один из «видных украинских борцов с коррупцией» имеет уголовное прошлое. Как оказалось, у «Центра противодействия коррупции» имеются два учредителя – кроме Виталия Шабунина, есть и Дмитрий Шерембей.

«Вам это имя ни о чем не говорит, в отличие от Шабунина, о котором вы где-то слышали. А вот о Шерембее вы не слышали. И очень зря. Но, может, вы и слышали, но тогда только из кругов криминальных: это авторитетный человек, три ходки, шутка ли, суммарно больше восьми лет отсидел. Друзья, да, трижды судимый за квартирные кражи человек, бывший грантоман, ныне – тоже грантоман, я так понимаю», – метал громы и молнии Гончаренко.

Впрочем, в конкретном случае Гончаренко «открыл Америку через форточку» – об этом было известно многим. Да и сам Шерембей не скрывал, что детство и молодость у него были «скрашены» принятием наркотиков еще в 13-летнем возрасте. А от опиатов до воровства – дистанция очень короткая.

«Я вынес золото у депутата. Две жмени золотых украшений. Его не было дома, мы просто зашли, взяли и ушли. Он потом следователю все в деталях описал – там было перечислено 16 листов украшений. И никого не интересовало, где депутат их взял. Рядом со мной сидели люди, которые украли одну курицу. Им давали три года за одну курицу. И я точно знаю, чем занималась вся власть в этой стране и все правоохранительные органы, и им ничего за это не было. Так что фактор справедливости здесь довольно условный», – безо всяких комплексов описывал Шерембей в 2015 году в интервью изданию «Новое время» то, как его прошлое заставило его встать на путь борьбы с коррупцией.

А затем, в 2016 году всплыла информация о судимостях Шерембея, когда оказалось, что он не сообщил о своем прошлом во время выборов в состав Совета общественного контроля при НАБУ. Точно так же, как и его соратник Виталий Шабунин, указавший недостоверные сведения в анкете. В суматохе он «забыл упомянуть» о земельном участке, приобретенном в 2014 году.

В соответствии с подпунктом 4 пункта 8 положения о Совете общественного контроля при НАБУ, в случае предоставления недостоверной информации, полномочия члена совета должны досрочно прекращаться.

Но на Шерембея и Шабунина это положение не распространилось. Не рассматривалось и их участие в других неблаговидных деяниях.

К примеру, Шерембей «успешно» руководил еще одной существующей на западные гранты организаций, созданной «для помощи пострадавшим от ВИЧ/СПИДа». В отношении этой конторы в 2015 году было начато расследование по поводу хищения средств Глобального фонда ООН для борьбы со СПИДом. Благотворительная организация «Всеукраинская сеть людей, живущих с ВИЧ/СПИД», как утверждали правоохранители, помогала чиновникам Минздрава участвовать в расхищении этих средств.

Через два года – в 2017 году было открыто уголовное производство по хищению средств Глобального фонда для борьбы со СПИДом в период 2014-2016 годов должностными лицами фондов «Пациенты Украины» и «Всеукраинской сети людей, живущих с ВИЧ/СПИД».

Тут корни оказались более глубокими, так как фонд «Пациенты Украины» было создан еще в 2011 году Шерембеем и Ольгой Стефанишиной. Последняя, кстати, позже стала заместительницей и.о. министра здравоохранения Ульяны Супрун.

Расследование в отношении «Центра противодействия коррупции», в части подозрений о причастности к расхищению $4,4 миллиона(!) западной помощи, шло довольно успешно. Но, позже, правохранители вынуждены были прекратить расследование – «благодаря» давлению посла США Мари Йованович. Об этом в 2019 году, с удовольствием, рассказал генпрокурор Украины Юрий Луценко в интервью американскому журналисту Джону Соломону.

«Список включал основателя группы «Центр противодействия коррупции» и двух членов парламента, которые на словах поддерживали антикоррупционную повестку группы», – рассказал источник, напрямую связанный со встречей Йованович с Луценко. «Оказывается, что организация, против которой проводилось расследование в Украине, совместно финансировалась администрацией Обамы и либеральным мультимиллионером Джорджем Соросом.

Она сотрудничала с агентами ФБР, расследуя деловую активность на Украине тогдашнего руководителя кампании Трампа Пола Манафорта», – писал об этой истории в марте 2019 года в своей колонке в The Hill Соломон.

Как это и бывает, в полном соответствии с законами демократии, «Центр противодействия коррупции» из организации, призванной с коррупцией бороться, превратился в организацию, которая эту коррупцию плодит, и руководство которой влачит за собой долгий и туманный шлейф коррупционных деяний.

Справедливости ради надо заметить, что борьба с коррупцией – не единственный провал Запада в Украине…

По сообщениям информагентств


Вы можете обсудить этот материал на наших страницах в социальных сетях